Тайвань приблизил референдум о порке за насилие и мошенничество

Тайваньский парламент одобрил проведение трёх общенациональных референдумов, и один из них способен вызвать спор далеко за пределами острова. Избирателям предлагают ответить, стоит ли создать специальную систему телесных наказаний — порку — для людей, осуждённых за сексуальные преступления, жестокое обращение с детьми и отдельные виды крупного мошенничества.

Это пока не означает, что порка появится в уголовном законодательстве. Даже сам референдум ещё должен пройти формальную процедуру допуска Центральной избирательной комиссией. Предварительно голосование может состояться 28 ноября, одновременно с местными выборами.

И даже положительный результат не превращает предложение в действующий закон автоматически. Но сама постановка вопроса уже необычна для современной демократической системы и делает тайваньский референдум одной из самых обсуждаемых законодательных историй дня.

Что именно предлагают вынести на голосование

Формулировка проекта заметно уже, чем короткое слово «порка» в заголовках. Речь не обо всех преступниках.

Предложение касается сексуального насилия, жестокого обращения с маленькими детьми, крупного мошенничества и отягчающих составов сложного мошенничества. Наказание должно назначаться судом и исполняться в рамках отдельной установленной законом системы.

Проект внесли депутаты оппозиционного Гоминьдана. Его сторонники утверждают, что существующие наказания недостаточно сдерживают тяжёлые преступления, которые вызывают особенно сильное общественное возмущение.

Для Тайваня тема мошенничества действительно болезненна: остров регулярно сталкивается с телефонными и инвестиционными аферами, а власти ужесточают борьбу с организованными мошенническими сетями. Однако вопрос референдума объединяет финансовые преступления с сексуальным насилием и жестокостью против детей — то есть сразу несколько крайне эмоциональных тем.

Почему референдум ещё не гарантирован

Парламентское голосование — только один этап. После него Центральная избирательная комиссия должна проверить предложения и формально разрешить проведение референдумов.

Если комиссия даст согласие, наиболее вероятной датой называется 28 ноября 2026 года. В этот день на Тайване должны пройти местные выборы, поэтому объединение голосований увеличило бы явку и внимание к вопросам референдума.

Но у предложения есть ещё одно серьёзное препятствие: порог голосов. По действующим правилам для прохождения национального референдума мало просто получить большинство среди пришедших к урнам. Число голосов «за» должно достичь четверти всех имеющих право голоса избирателей — Reuters оценивает этот уровень примерно в 5 млн человек.

Это делает исход намного менее предсказуемым, чем может показаться по громкому заголовку.

Даже победа на референдуме не означает порку на следующий день

Тайваньская система референдумов устроена так, что положительный результат по законодательному вопросу запускает дальнейшую работу властей. Кабинет министров должен представить соответствующий законопроект в установленный срок.

После этого начинаются обычные законодательные споры: нужно определить конкретные составы преступлений, порядок назначения наказания, медицинские ограничения, процедуру исполнения и совместимость новых норм с действующим правом.

История Тайваня уже знает случаи, когда результат референдума не превращался в буквальное исполнение формулировки, за которую голосовали граждане. Reuters напоминает о голосованиях 2018 года, связанных с однополыми браками: политическое и юридическое оформление итогов оказалось сложнее первоначального вопроса бюллетеня.

Поэтому утверждение «Тайвань вводит порку» сейчас было бы просто неверным. Корректная формулировка другая: парламент приблизил вопрос к общенациональному голосованию.

Два других референдума тоже способны собрать большую аудиторию

Порка — самый громкий из трёх вопросов, но не единственный.

Второй референдум касается атомной энергетики. Избирателям предлагают высказаться против политики «безъядерной родины» и тем самым поддержать возвращение атомной генерации в энергетическую систему острова.

Эта тема для Тайваня особенно чувствительна из-за зависимости от импортного топлива и постоянных споров о том, как обеспечить энергией промышленность и огромный полупроводниковый сектор.

Третий вопрос предлагает направлять поступления от штрафов за нарушения правил дорожного движения непосредственно на программы безопасности дорог. Его продвигает Тайваньская народная партия.

Таким образом, один день голосования потенциально объединит сразу уголовную политику, энергетику и дорожную безопасность.

Где начинается главный спор

Сторонники телесных наказаний делают ставку на простой аргумент: некоторые преступления вызывают настолько сильное общественное возмущение, что тюремного срока и штрафов недостаточно для сдерживания потенциальных преступников.

Противники отвечают, что эффективность порки как дополнительного средства профилактики преступности требует доказательств, а государственное телесное наказание создаёт отдельные вопросы о правах человека, медицинских рисках и пропорциональности наказания.

Правящая Демократическая прогрессивная партия выступила против всех трёх предложенных референдумов. Парламент при этом контролируется оппозиционными силами, что и позволило провести проекты дальше.

Поэтому ноябрьское голосование, если его окончательно одобрят, станет не только спором о конкретных наказаниях. Оно покажет, насколько далеко тайваньские избиратели готовы зайти в ужесточении уголовной политики на фоне раздражения сексуальными преступлениями и крупными мошенническими схемами.

Что будет дальше

Следующий ключевой участник истории — Центральная избирательная комиссия. Именно она должна подтвердить, что вопросы могут быть вынесены на национальный референдум.

Если это произойдёт, кампания развернётся всего за несколько месяцев до 28 ноября. И тогда самой сложной задачей для сторонников порки станет не победить среди тех, кто проголосует, а собрать достаточно голосов, чтобы преодолеть высокий общенациональный порог.

Пока же Тайвань находится на стадии, когда одна из самых необычных идей уголовной политики последних лет уже вышла из парламентских дискуссий, но ещё не стала ни решением избирателей, ни законом.