Карта китайского богатства начала меняться, но лидеры пока те же

В Китае стало меньше семей с состоянием от 100 млн юаней, примерно $14,8 млн. На начало 2025 года таких домохозяйств насчитывалось около 126,5 тыс., на 3,1% меньше, чем годом ранее. При этом богатейшие семьи Китая никуда массово не исчезли: деньги всё ещё чрезвычайно плотно сосредоточены вокруг Пекина, Шанхая, Гуандуна и нескольких крупнейших экономических кластеров.

Самое интересное здесь не само падение на несколько процентов. Китайская модель накопления богатства начинает меняться: недвижимость и старые промышленные активы давят на состояние части семей, тогда как новые деньги всё заметнее создаются в технологиях, искусственном интеллекте и на фондовом рынке. И статистика за 2026 год уже даёт первые признаки следующего сдвига.

Богатейших семей Китая стало меньше

Отчёт Bank of East Asia и Hurun Research InstituteОрганизацияResearch InstituteMachine Intelligence Research Institute (MIRI; ранее — Singularity Institute и Singularity Institute for Artificial Intelligence) — некоммерческая организация, основной целью которой является создание безопасного искусственного интеллекта, а также изучение потенциальных опасностей и возможностей, которые могут появиться при создании ИИ. Организация поддерживает идеи, первоначально выдвинутые Ирвингом Гудом и Вернором Винджем, касательно «интеллектуального взрыва» или сингулярВсе упоминания →Источник ↗ насчитал в стране около 126,5 тыс. домохозяйств с активами минимум в 100 млн юаней. За год их количество сократилось примерно на 4 тыс. В эту оценку Hurun включает материковый Китай, Гонконг, Макао и Тайвань.

Ещё сильнее выглядит концентрация капитала. На сверхбогатые семьи приходится около 84 трлн юаней совокупного богатства, то есть примерно 58% всех активов китайских семей, которые Hurun относит к состоятельным. Получается, количество крупнейших состояний немного сокращается, но огромная часть денег всё равно остаётся у сравнительно небольшой группы.

Причины падения довольно приземлённые: слабый рынок недвижимости, нестабильность финансовых активов и более медленный экономический рост били по стоимости собственности и долей в компаниях. Особенно это заметно в крупнейших городах, где недвижимость долго была одним из главных способов хранения семейного капитала.

Пекин и ШанхайМестоШанхайШанха́й (кит. 上海, пиньинь Shànghǎi; у 上海 [zãhe], Zånhae) — один из четырёх городов центрального подчинения КНР; расположен на востоке страны, в дельте реки Янцзы.Все упоминания →Источник ↗ всё ещё забирают огромную долю денег

В Пекине находилось около 18,2 тыс. семей с состоянием от 100 млн юаней, в Шанхае ещё 16,5 тыс. Вместе два города контролировали примерно 27% всех китайских домохозяйств этой категории, хотя в обоих случаях показатель снизился по сравнению с предыдущим годом.

Если смотреть не на отдельные города, а на экономические зоны, лидер ещё заметнее. В дельте Янцзы, куда входят ШанхайМестоШанхайШанха́й (кит. 上海, пиньинь Shànghǎi; у 上海 [zãhe], Zånhae) — один из четырёх городов центрального подчинения КНР; расположен на востоке страны, в дельте реки Янцзы.Все упоминания →Источник ↗, Чжэцзян и Цзянсу, Hurun насчитал около 39,7 тыс. сверхбогатых семей. Это почти треть общенационального количества. Регион держится на сочетании финансового бизнеса Шанхая, частных и технологических компаний Чжэцзяна и мощной промышленной базы Цзянсу.

Гуандун остаётся вторым крупным магнитом для частного капитала с примерно 16,7 тыс. таких семей. Причём около 58% из них приходятся только на Шэньчжэнь и Гуанчжоу. Это уже другой тип богатства: здесь особенно велика роль основателей технологических компаний, производителей и экспортёров.

Самое заметное падение произошло вокруг Пекина

В агломерации Пекин-Тяньцзинь-Хэбэй насчитывалось около 21,7 тыс. сверхбогатых домохозяйств. Почти 84% из них приходились непосредственно на столицу.

Но весь кластер за год потерял около 4,8% таких семей, заметно больше, чем дельта Янцзы или Гуандун. Причём основной провал пришёлся на Тяньцзинь и Хэбэй. Получается весьма характерная картина: богатство не столько равномерно рассеивается по стране, сколько ещё сильнее держится за несколько наиболее сильных городов.

Это видно и по другой статистике Hurun. В рейтинге крупнейших китайских предпринимателей за 2025 год тройкой городов с самой высокой концентрацией участников стали ШанхайМестоШанхайШанха́й (кит. 上海, пиньинь Shànghǎi; у 上海 [zãhe], Zånhae) — один из четырёх городов центрального подчинения КНР; расположен на востоке страны, в дельте реки Янцзы.Все упоминания →Источник ↗, Шэньчжэнь и Пекин.

Гонконг играет совсем другую роль

В Гонконге Hurun насчитал около 11 тыс. семей с активами от 100 млн юаней, примерно на 100 меньше, чем годом ранее. Но для города важнее не только количество местных миллионеров. Гонконг остаётся главным каналом, через который обеспеченные китайцы могут инвестировать капитал за пределами материка.

По данным Hurun, около 15% инвестиционных активов состоятельных китайских семей находятся за рубежом, а Гонконг остаётся их самым популярным зарубежным направлением. Это объясняет, почему город одновременно выступает финансовым центром, площадкой для IPO и местом хранения капитала, созданного в других регионах Китая.

И именно здесь начинается самая интересная часть истории.

IPO-бум может перекроить карту китайских состояний

Нынешний отчёт показывает состояние семей на 1 января 2025 года. Он ещё не учитывает резкое оживление китайского рынка IPO, которое произошло позже.

В первой половине 2026 года компании материкового Китая провели 79 размещений акций и привлекли 100,5 млрд юаней. По данным KPMG, объём привлечённых средств вырос на 87% год к году, а количество сделок на 30%. Значительную часть активности обеспечивали технологии и инновационные компании.

Гонконг пошёл ещё дальше. По официальным данным HKEX, за первые шесть месяцев 2026 года на бирже прошло 87 новых листингов, которые привлекли HK$210,2 млрд. Это на 92% больше, чем годом ранее, и второй результат для первого полугодия за всю историю площадки.

Для распределения частного богатства это может оказаться важнее нескольких лет движения цен на квартиры. IPO превращает долю основателя компании в ликвидный капитал буквально за один день. Особенно если новые размещения продолжают приходить из искусственного интеллекта, полупроводников, биотехнологий и высокотехнологичного производства.

Поэтому нынешнее сокращение сверхбогатых семей ещё не обязательно означает долгосрочное обеднение верхушки Китая. Скорее страна находится между двумя моделями создания состояний: прежней, сильно завязанной на недвижимость и традиционный бизнес, и новой, где огромные капиталы всё чаще рождаются вокруг технологий и фондового рынка.

Следующий отчёт Hurun покажет, успел ли этот сдвиг развернуть тенденцию. Если IPO-бум сохранится, карта китайского богатства может начать меняться уже не только по количеству семей, но и по тому, в каких городах и отраслях появляются новые состояния.